Безопасность любого современного государства связана с так называемой киберсферой. Интернет-пространство для современных государств представляет настоящее «поле битвы» за информационное доминирование наряду с другими странами, за подавление ложного контента, дезинформации, противодействие чёрному PR и грязным интернет-технологиям. Не стоит забывать и о сохранении благоприятного имиджа государства и ведущих его политиков. Государство с этой целью вынуждено работать с широким спектром интернет-ресурсов: сайтами, частными блогами, популярными форумами и т.п. Так как же обеспечить оптимальную безопасность современному государству в кибер-пространстве? Это возможно благодаря политическим и PR-технологиям, которые можно вполне применять в том же Интернете. Ни для кого не секрет, что в современной демократической политике доступ в СМИ является одним из ключевых условий политического успе-ха. А интернет-СМИ (интернет-газеты, интернет-телевидение и интернет-радио) в политической сфере приобретают всё большую популярность. По мнению известного российского социолога И. Эйдмана, наряду с профессиональной деятельностью большинство людей в той или иной степени участвует в политической жизни – в этом контексте Интернет приобретает все большее значение. Социолог отмечает, что во многих странах развиваются институты так называемой «е-демократии», предпринимаются эксперименты с проведением в Интернете голосований на выборах в различные органы власти. Современные люди стремительно объединяются через Интернет для решения общественных задач, устраивают публичные акции и т.п. При этом становится все более популярна идея о создании на базе Интернета институтов прямой демократии, в работе которых сможет принять участие любой пользователь. В итоге прямая интернет-демократия, по мнению ряда исследователей, со временем заменит нынешнюю представительную парламентскую.
В современной политической сфере политконсультантами и политтехнологами всё больше используются так называемые венационные политтехнологии. Венатор (от. лат. venator – наблюдатель) – политтехнолог, осуществляющий мониторинг политических процессов, отражающихся в глобальной сети Интернет, а также манипулирующий ими. Отсюда закономерно появление производного термина венационные политтехнологии – технологии в политической сфере, осуществляемые специалистом по глобальной сети Интернет. Термин ввёл современный российский политолог Федорченко С. Н.
Бельгия трещит по швам… Эта небольшая европейская страна существует всего 180 лет. Как и во многих былых европейских колониальных империях, Бельгию изначально скреплял институт королевской власти. До 1960 года страна была настоящей империей, владея обширнейшими территориями в Экваториальной Африке — Конго и Руанда-Урунди. Брюссель добился процветания своей экономики за счёт их эксплуатации. После развала империи обостряются экономические проблемы, а за ними и политические. С 1970 по 2001 год реформы окончательно превращают Бельгию в федеративное государство, состоящее из трех языковых сообществ, говорящих на нидерландском, французском и немецком языках, и трех регионов: Фландрии, где проживает 60% населения страны, Валлонии и столицы Брюсселя. В современном парламентском кризисе едва ли не единственной скрепляющей силой остаётся бельгийский король Альберт II…
Переговоры о формировании правящей коалиции между семью бельгийскими партиями продолжатся после установленного законом крайнего срока. Это решение принял лидер валлонской Социалистической партии Элио ди Рупо по просьбе короля Бельгии Альберта II. Явный и верный политтехнологический ход в критической ситуации. Но формальными победителями июньских парламентских выборов является Новый фламандский альянс — сепаратистская партия из Фландрии под руководством Барта де Вевера, который настаивает на проведении масштабной государственной реформы — она должна передать регионам значительную часть полномочий федерального правительства. Тогда как в Валлонии стремятся всеми силами ограничить эту реформу, так как её последствия, как предполагается, будут резко негативными для экономически более слабых франкоязычных районов. Возможно, политтехнологи валлонцев объединят усилия бельгийского короля и валлонской Социалистической партии, выступающих за сохранение политического единства Бельгии.
Судите сами. В настоящий момент в компетенцию регионов входят вопросы экономики, транспорта, окружающей среды. Тогда как федеральные власти ведают внешней политикой, обороной, вопросами правосудия и финансов, к их компетенции относятся социальная политика, пенсионнное обеспечение и поддержка беработных. Эти социальные механизмы и хотели бы передать в ведение регионов фламандские партии, стремящиеся к максимальной автономии Фландрии. Но против категорически возражают валлонские политики.
Столица же Бельгии — двуязычный Брюссель как анклав во Фландрии вообще стал политическим яблоком раздора между валлонскими и фламандскими политическими силами. Другой принципиальный вопрос, который встает при обсуждении возможного разделения Бельгии: как быть с двуязычным Брюсселем, анклавом на территории Фландрии? На мой взгляд, спасти Бельгию от развала может не только политический институт королевской власти, нужны новые наднациональные идеи, которые поддержат создание конструктивной бельгийской коалиции в парламенте. Об этом должны задуматься и валлонские политтехнологи.
В современном мире политтехнологии получили новый импульс своего развития. Речь пойдёт о завоевании популярности у современных политтехнологов сетевых принципов организации политического противостояния. Российские и украинские политтехнологи навряд ли упустят шанс использовать уже «прокаченный» их западными «коллегами» новый вид политической борьбы. Немного о самом новом оружии. Обозначенный вид информационно-пропагандистского оружия, который может использоваться как на Украине, так и в России, относится к так называемой «сетецентрической войне». Авторы концепции «сетецентрической войны» вице-адмирал ВМС США А. Сербовски и профессор Дж. Гарстка предвещают большое будущее такой информационной агрессии в неподготовленных странах. По сути это войны шестого поколения.
«Сетецентрическая война» состоит из трёх решёток-подсистем: информационной, сенсорной (т.е. разведывательной) и боевой. Но её основу составляет именно информационная подсистема, целями которой, исходя из концепции так называемых «пяти колец полковника Уордена», являются политическое руководство страны; система жизнеобеспечения; инфраструктура; население и вооружённые силы. Одновременно политтехнологи противника ведут массированные и скоординированные операции информационной войны, цель которых — деморализация населения, паника и шок, дезорганизация системы государственного управления.
Сетевой принцип предполагает создание политтехнологом сложной горизонтальной сети организационных ячеек, относительно независимых от координируемого и контролирующего центра. В основе данной системы лежит принцип нелинейности и самоорганизации. В роли таких ячеек в наших странах могут выступать электронные издания. Но самый лакомый кусок для любого политтехнолога — это социальные сети Интернет. Ещё в прошлом году экспертная организация по социальным сетям — лаборатория «Сарафанное Радио» опубликовала первый рейтинг украинских социальных сетей по состоянию на 12 ноября 2009. Так вот, в тройке лидеров — социальные сети «Коннект», «Profero» и «Рыбалка». Чем же интересны социальные сети для украинских и российских политтехнологов? Они интересны тем, что в условиях политтехнологий «цветных революций» и попыток государственных переворотов социальные сети применяются всё больше в виду своего удобства. Поживём, увидим!
Россия выслала румынского дипломата Габриела Греку за шпионаж. Возможно, Греку интересовался информацией о дислокации российских частей в Приднестровье. Или румынскую разведку интересовали материалы о ситуации в Молдавии и Приднестровье в целом, а также данные о высших должностных лицах и ведущих политиках Приднестровья? Не слишком ли большой размах для Румынии? Или это сбор политинформации для политтехнологов-эверсоров — организаторов будущих «цветных революций»?
Может, Греку пытался получить данные о том, есть ли у России и какие военные планы в отношении Приднестровья. Помните, ранее глава Приднестровской Молдавской Республики Игорь Смирнов заявил, что Приднестровье согласно на размещение в регионе любых российских войск, в том числе тактических ракетных комплексов «Искандер» в ответ на размещение в Румынии компонентов американской системы ПРО.
Так, российские эксперты считают маловероятным, что Греку работал непосредственно на Румынию — российский политолог Марк Урнов уверен также, что разоблачение румынского шпиона не повлечет ухудшения отношений между Москвой и Бухарестом. Действительно, ведь Румыния теперь входит в Североатлантический альянс и Вашингтон может ей дать вполне конкретное задание добыть информацию.
Журналист «Независимой газеты» В. Мясников считает, что лучше всего для разведки на территории России подходят ее бывшие восточноевропейские союзники. И правда, многие военнослужащие Варшавского блока учились в СССР, неплохо знают русский язык, имеют кое-какие связи. Следовательно, после холодной войны количество разведок, работающих против России, увеличилось ровно на столько, на сколько членов увеличился блок НАТО. Иными словами, таких специалистов удобнее использовать именно США. Не своими же руками…
Однако на этом шпионская эпопея не закончилась, а переросла в настоящую дипломатическую и информационную войну. Румыния объявила персоной нон грата сотрудника российского посольства в Бухаресте. Дипломату предложено покинуть страну в течение 48 часов. Информационная война началась!
Конфликт между российским и белорусским правительствами перешёл в новую фазу. В пятницу президент Белоруссии Александр Лукашенко, общаясь с журналистами, рассказал, почему его страна так и не признала Абхазию и Южную Осетию: «Я не хотел дискутировать на эту тему, просто российский коллега недобросовестно и непорядочно выдергивает определенные вещи», – сказал президент Белоруссии. По его словам, Дмитрий Медведев опустил вторую часть их беседы, в которой Лукашенко рассказал, при каких условиях может состояться это признание. «Я ему перечислил те проблемы, которые в связи с этим возникнут у Беларуси по линии Беларусь–ЕС, Беларусь–США, Беларусь–СНГ и так далее… и спросил, готова ли Россия взять на себя эти проблемы и помочь преодолеть их, – разоткровенничался белорусский лидер. – Россия оказалась не способна или не захотело руководство России идти на нивелирование и ликвидацию тех последствий, которые для Беларуси должны были возникнуть». «Лукашенко торжественно нигде не обещал, об этом никто не слышал, – опроверг он слова Дмитрия Медведева. – Торжественно – это когда во всеуслышание… Если бы Россия сделала шаги навстречу, наверное, была бы другая ситуация».
Администрация российского президента сразу отреагировала на эти заявления Александра Лукашенко. Помощник президента России Сергей Приходько заявил, что Россия готова опубликовать стенограмму заседания ОДКБ, на котором Александр Лукашенко говорит о готовности признать независимость Южной Осетии и Абхазии. Более того, он заявил о готовности опубликовать и другие высказывания Александра Лукашенко, «которые будут небезынтересными как белорусской, так и международной общественности».
Не перейдёт ли информационная российско-белорусская война в фазу политического шантажа? По моему мнению, это вполне реально. Судите сами, - разве возможен конструктивный диалог после эпопеи «Крёстный батька»? Навряд ли. Такие раны сразу не затягиваются. Кроме того, российский президент, как стало известно «Коммерсанту», не планирует проводить двусторонней встречи с Александром Лукашенко во время неформального саммита ОДКБ, который пройдет на этой неделе в Ереване.
Такая эскалация информационного конфликта явно льёт воду на мельницу не только противникам союзного государства, но и вообще порождает абсолютно ненужный и надуманный раскол между двумя братскими народами. Если же делать ставку на белорусскую оппозицию, то здесь Россия скорее будет в большем проигрыше, ибо сия оппозиция скорее рассчитывает на Евросоюз. Дальше будет НАТО… Тем более, что предъявлять различные претензии Белоруссии за долги и «неправильную политику» можно было и десять лет назад. Сейчас то уже поздно.
Не так давно в российский кинопрокат вышел фильм режиссёра Романа Полански «Призрак», где описывается судьба мемуариста экс премьер-министра Британии. Под типаж британского политика, которого сыграл Пирс Броснан, так и просится личность Тони Блэра, в своё время поддерживающего американскую политику в Афганистане и Ираке.
Кстати, Тони Блэр обещает многомиллионную финансовую помощь солдатам, раненым в Ираке и Афганистане — он отдаст на благотворительные цели все доходы от своей новой книги под названием «Путешествие», равно как и аванс — более четырёх миллионов фунтов стерлингов. Однако активисты антивоенных организаций прямо называют доходы от автобиографии экс-премьера «кровавыми деньгами». Можно предположить, что к фильму приложили и консультанты-политтехнологи. Что на руку современному коалиционному британскому правительству из консерваторов и либерал-демократов, начавших финансовые проверки бывшего лейбористского правительства, главой которого был лидер Лейбористской партии Тони Блэр.
Поговорим о таком малоизученном феномене, как политическое рейдерство, благо оно на устах у большинства российских экспертов и журналистов. Политическое рейдерство — это силовое подчинение политической организации (партии, политического лидера, молодёжного и общественного движения) против её воли другой политической силой. В современной России в последнее время нарастает настоящий шквал этого явления. Есть две основные цели политических рейдеров: 1. Политическая смерть оппонента через поглощение или ликвидацию враждебной политической силы. 2. Политическое и медийное прикрытие экономического рейдерства. В России эта практика чаще работает на региональном уровне. Этих целей политические рейдеры достигают через форсирование определённых задач: работа с федеральной властью и её СМИ; контакты с региональной властью, региональными бизнес-элитами и их СМИ; работа с муниципальной властью, муниципальным бизнесом и их СМИ; взаимодействие с местными общественно-политическими организациями и движениями. Самые распространённые технологии политических рейдеров: - организация освещения центральными СМИ контента о некомпетентной и коррумпированной региональной власти. - распространение слухов и дезинформации среди членов региональной элиты для провокации неверных решений. - распространение слухов и дезинформации среди центральной элиты. - создание повода для конфликта в региональном сообществе. - организация протестных акций. - создание массового оппозиционного движения на региональном уровне. - кампания по критике представителями местного сообщества региональных и правоохранительных властей. - организация «майдана» - стационарного протестного митинга.
От теории к практике. Начну с самого интересного — рейдерства в политических партиях. Дело в том, что выбор технологии политического рейдерства не только зависит от расстановки сил внутри вражеской политической организации, но и от позиции федерального руководства этой партии-конкурента, от возможностей противоборствующих сторон. Простейший способ – «торговля партиями». Всё начинается с инициативы бизнесмена, которому вдруг понадобилось возглавить партийный список или же иметь надёжного лобби в местных советах депутатов, который будет влиять в его целях на представителей других органов власти. А. Мазур, руководитель аналитического отдела ТАЙГИ.info, напрямую столкнувшийся с политическим рейдерством, так описывает процесс «купли-продажи партии». Бизнесмен, «проникшийся политическими взглядами», идёт к существующим руководителям организации выгодной для его дела партии. Обычно договоренности заключаются в том, что партфункционеры получают материальную помощь, а бизнесмен – место в политсовете или пост руководителя. Однако наиболее хитрые бизнесмены сразу едут в Москву с целью договариваться с федеральным руководством партии — для надёжности. Там тоже может быть либо материальное возмещение, либо обязательства добиться успехов в партстроительстве. При этом, если бизнесмен не хитрый, а очень жадный и ограничивается только договоренностями с местным руководством, то федеральный центр может отказаться признавать произошедшие изменения. А то и в суд подать, сколотив себе на этом дополнительный политический капитал.
А. Мазур приводит классический пример. По такой схеме в начале 90-х руководителем новосибирского «Яблока» стал директор Новосибирского электровакуумного завода Виктор Медведко. Тогда как до этого он возглавлял фракцию «Коммунисты России» в горсовете и был сторонником прокоммунистического губернатора Виталия Мухи. Такой же технологией политического рейдерствана уровне местных организаций — ЛДПР и былой СПС — на Алтае воспользовался местный магнат Анатолий Банных. С помощью политического рейдерства «обновилось» руководство былой «Партии жизни» - им «по совместительству» стало руководство крупнейшей зерноперерабатывающей компании Алтая «Пава» в лице председателя совета директоров Андрея Игошина и вице-президента Петра Гайдука.
Между тем, довольно распространено явление, когда руководство партии-жертвы рейдерства упорствует, и добровольной смены не получается. Начинается борьба. Возможны два варианта: действовать через Москву или снизу, через рядовых членов партии и низовые ячейки. По мнению А. Мазура, оптимальным является комбинированный вариант — Москва крайне неохотно пойдет на роспуск организации, потому что это может вызвать скандал и многочисленные судебные разбирательства. Но если в организации раскол, и две группы претендуют на «легитимность», федеральное руководство уже может одну из групп поддержать, а другую – исключить «за политический ущерб, нанесенный партии». Подобное произошло с новосибирским отделением былой Партии пенсионеров.
Правило политического рейдера — нужно осознавать, что для захвата партии или создания раскола требуется существенный процент от числа членов организации. Есть и другие методы политического рейдерства в партиях: подкуп, игра на противоречиях внутри организации, внедрение своих «агентов». Если у рейдера есть договоренность с Москвой, он может «принять в партию» рабочих своего завода или студентов дружественного ВУЗа. А. Мазур приводит настоящую «хронику политического рейдерства» на новосибирском уровне. Посмотрите:
2001 год. В новосибирское отделении партии «Яблоко» приходит группа новых членов во главе с политтехнологами Яковом Савченко и Алексеем Мазуром, которая получает с протектората федерального центра контроль над организацией.
2003 год. Нарастает острый конфликт в новосибирском отделении коммунистической партии между руководителями отделения и владельцем «Вестфалики» Михаилом Титовым, который пытается получить контроль над организацией. Прежнее руководство побеждает, сторонники Титова изгоняются из КПРФ.
2004 год. На основе Партии Регионов и студенческих профсоюзов формируется партия «Родина», в которую не попадают другие участники одноименного блока, конкретно – сторонники С. Глазьева.
2005 год. Достигнута договоренность с В. Жириновским, по которой руководство новосибирской организации ЛДПР меняется на лояльное губернатору Новосибирской области.
2006 год. В новосибирский областной Совет после выборов происходит смена руководства новосибирской «Единой России», откуда выдворяются ставленники Александра Карелина. Контроль над организацией переходит к спикеру А. Беспаликову — бывшему заместителю губернатора области.
2006 год. Федеральное Бюро «Яблока» исключает из партии членов новосибирского политсовета, баллотировавшихся в облсовет по списку своих союзников из СПС. Сам же политсовет распускается.
Любопытно, правда? Это только по новосибирскому региону. А теперь представьте, что творится по всей России.
Замечу, что политические рейдеры не зацикливаются только на «абордаже партий». Вообще их цель — добиться победы того, кто им заплатил деньги за работу. Спектр же их деятельности обширен. Конфликт осенью 2007 г. между частями элит, сгруппировавшимися вокруг руководства города Ставрополя и экс-губернатора расценивался многими экспертами как попытка настоящей мини-«оранжевой революции». Однако, как показали события, сами факты контактов политических рейдеров с представителями зарубежных миссий привели к обратному результату — к трактовке данных событий как подготовительной стадии локальной «цветной революции» и послужили делегитимизации оппозиции в глазах федеральной власти. А это просчёт политических рейдеров.
Политические рейдеры могут использовать так называемый «майдан» - массовый стационарный протестный митинг с палаточным лагерем. Что было не только на Украине, но и в России во время противостояния в г. Черкесске двух кандидатов в президенты Карачаево-Черкесской республики С. Дерева и В. Семёнова. Как я уже говорил, политическое рейдерство часто используется для прикрытия рейдерства экономического. А. Э. Гапич и Д. А. Лушников приводят в пример процесс в Узбекистане по делу «подпольной исламской группировки „Акромия“ в Андижане, повлёкший за собой события мая 2005 г. Позже выяснилось, члены „Акромии“ владели обширным бизнесом в области: мебельной фабрикой, строительными организациями, мастерскими и магазинами. Поставляли бытовую и офисную технику и мебель андижанской мэрии. Проводили евроремонт хокима (губернатора) области в Олтинкульском районе и отделочные работы его нового трёхэтажного дома в Андижане. Дело в том, что за год до этого президент сменил хокима области, и новый начальник решил прибрать всё к своим рукам.
Иными словами, политическое рейдерство — теперь довольно распространённое явление не только в мире, но и в России.
Пишите, если слышали о «свежих» примерах политического рейдерства в России.
Источники:
1. Мазур А. Политическое рейдерство в Сибири. //~89675 2. Гапич А. Э., Лушников Д. А. Технологии цветных революций.
politconsultant
Поговорим о таком малоизученном феномене, как политическое рейдерство, благо оно на устах у большинства российских экспертов и журналистов.